13:01 

...Слекга оживить сообщество...

Нат Фламмер
маленькая слабость Великой Силы
Автор: Нат Фламмер
Бета: Эльвер
Персонажи:Франкенштейн/Рейгар Кертье
Название: Разговор не окончен
Фэндом: Noblesse
Дисклеймер: все принадлежит авторам Son Jae Ho и Lee Gwang Su
Рейтинг: R
От автора:




- Франкенштейн!
Он обернулся, и его губы растянулись в нарочито вежливой улыбке.
- О... Я счастлив видеть и приветствовать главу клана Кертье, и безмерно...
- Франкенштейн. Просто ответь мне, где мои люди, и можешь идти своей дорогой.
- Люди?... - глаза Франкенштейна удивленно округлились, а улыбка превратилась в ухмылку.
- Люди. Пятеро. Следившие за тобой по моему приказу. Четыре дня назад они исчезли, и мы до сих пор не нашли никаких следов.
- Но это же люди клана Кертье! Они отлично прячутся, это особенность вашего клана!
- Прекрати, Франкенштейн. Что ты с ними сделал?
- Что я с ними сделал? Рейгар Кертье, ты отправил пятерых шпионов следить за мной, и у тебя еще хватает наглости спрашивать что я с ними сделал? Тебе не кажется, что ответ очевиден?
- Ты их убил, - воздух вокруг Рэйгара пошел рябью, и он спустя мгновение оказался в паре метров от Франкенштейна, лицом к лицу.
- Конечно. И съел. Разве тебе не известно, что мое оружие надо периодически кормить? - Франкенштейн сделал движение рукой, словно поглаживая невидимого зверя.
По незакрытой части лица Кертье начали расползаться красные пятна.
- Надеюсь, ты хорошо понимаешь, что я не пойду с жалобой к Ноблесс?
- О, разумеется! Не вижу смысла отвлекать Мастера такой чепухой, как...
- Твоя смерть? Картас!
Два лезвия вспороли пространство в том месте, где секунду назад стоял Франкенштейн.
Рейгар развернулся, воздух снова пришел в движение, и лезвия Картаса свистнули прямо над головой Франкенштейна, который снова сумел невероятным образом избежать удара.
- Я... не хочу убивать тебя, человек. Но ты сам не оставил мне другого выхода.
- Я бы тоже не хотел убивать тебя, глава Кертье. Но ты тоже выбора мне не оставляешь. Надеюсь, в этих кустах есть шпионы, которые подтвердят, что ты напал первым.Откликнись на мой зов, Темное Копье!
Черно-фиолетовые всполохи рванулись вверх и ринулись вперед, послушно подчиняясь вытянутой руке. Гудящая волна покатилась, сметая все на своем пути, настигая добычу. Два клинка взвились в воздух, разрезая темные всполохи, небо очистилось и Кертье изчез.
- Это мы уже проходили! - раздался из клубов пыли смех Франкенштейна.
Ответом ему была тишина. Франкенштейн поднял свое оружие в воздух, и сотни черных стрел вспороли пространство вокруг него.
- А это? - раздался голос прямо у него над ухом, Франкенштейн мгновенно перестроил защиту, уходя на нужное расстояние, но было поздно - крестообразный порез на спине яснее всяких слов говорил, где именно Франкенштейн допустил ошибку. Черные лезвия рванулись из земли, окружая его непроходимым кольцом.
- А так?
- Ты ранен. И не продержишься долго.
- Ты предлагаешь мне сдаться? О... Какое благородство... Тебе больше не нужна моя смерть? Достаточно просто моей крови? Ах, и правда, чего я ожидал от вампира...
Лезвия Картаса свистнули прямо перед его лицом. Франкенштейн легко принял удар Копьем и отшвырнул противника на несколько десятков метров. Сверху посыпался дождь из обломков деревьев и комьев земли. Разворот, прыжок, и тело Кертье снова взмыло в воздух, но на этот раз не долетело до земли. Черные лезвия разлетелись клочьями.
Еще удар.
Рейгар едва сохранил сознание, оглушенный черным водопадом ярости и безумия. Сражаться с Франкенштейном, точнее - с этой кошмарной штукой, было нелегко не только из-за ее мощи. Было трудно воспринимать это, как оружие, скорее - как обезумевшую от голода ужасную тварь, с которой не хотелось сражаться. Хотелось убежать на край света и навсегда забыть, что когда-либо видел что-то подобное. Ему приходилось убивать вампиров. Но ощущение голода и жажды убийства, исходящее от них, не шло ни в какое сравнение с тем, что ощущалось сейчас. "Как он вообще может справляться с этим?" Невольное уважение к Франкенштейну шевельнулось в душе Рейгара Кертье. Как к безумному ребенку, сумевшему оседлать взбесившегося волка. Кертье выдохнул, чтобы стряхнуть с себя лишние эмоции, и снова нанес удар. Еще. И еще. Останавливаться было нельзя.
Франкенштейн, рубашка которого уже покраснела от крови и висела лохмотьями, казалось, вообще не замечал ран. Все его тело окутала чернота, она словно вливалась в него, впивалась тысячью зубов. Он крушил все, что стояло у него на пути, так, как будто враги окружили его и были повсюду. Но это была единственная тактика против Кертье, которую он знал. Еще один черно-фиолетовый водоворот накрыл противника, явив его взгляду.
Рейгар остановился, с трудом блокируя удар. Франкенштейн, воспользовавшись недолгой передышкой, тоже выдохнул и усилием воли стряхнул с себя черные щупальца.
"Даай!! Ты моой" Навязчивое шипение отвлекало его. Копье начинало выходить из-под контроля. "Главное - это удержать баланс силы. Пока оно жрет мою кровь, его мощь растет. Только бы не упустить момент, когда я действительно начну слабеть". Черный торнадо взметнулся в небо, образовав вокруг противников воронку из камней, пыли и вырванных с корнем деревьев.
"Проклятие!" - Рейгар едва прорвался через эту мешанину взбесившейся материи и силы. "Его нельзя ранить! Его мощь от этого только растет! И слабеет его контроль... Если эта тварь вырвется наружу... " Оставалось только одно. Уходить от атак, отбивать их, чтобы в удобным момент прикончить Франкенштейна одним ударом. Да. Это нужно было заканчивать как можно скорее.
"С этим нужно покончить как можно скорее, мои силы уже на пределе. Я не могу удерживать контроль так долго. Копью необходимо дать попробовать чужую кровь, тогда он отстанет от меня и будет преследовать "добычу". И я смогу наконец справиться с ним." Франкенштейн чувствовал, как щупальца снова присосались к нему. Тьма окружала его плотным кольцом, он понимал, времени у него действительно в обрез. Сконцентрировав силу, он ринулся вперед одним отчаянным рывком.
И лезвие Картаса вошло ему в грудь почти по самую рукоятку.
Рейгар замер на мгновение, поворачивая руку, чтобы вырвать свое оружие из груди Франкенштейна вместе с сердцем, и в этот миг тот ударил, вложив в этот удар всю накопленную заранее мощь. Тело Кертье словно разорвало. Оно почернело от вонзившихся в него черных стрел, Темное Копье взвыло, впиваясь в чужую плоть, жадно всасывая кровь и жизненную силу.
Франкенштейн бессильно рухнул на колени. Из раны в груди мутным потоком хлестала кровь. Но Копье она уже не интересовала. Тело главы клана Кертье, распростертое на земле в нескольких шагах от Франкенштейна, содрогалось. Рейгар явно пытался встать, но силы быстро покидали его.
- Оставь его! - Франкенштейн поднял голову. Смерть Рейгара Кертье в его планы совершенно не входила. Он, ослабленный боем, точно не сможет справится с Темным Копьем, сожравшим душу главы клана, да еще и с его Оружием Духа в придачу. Кроме того... Ему нравился Рейгар Кертье. Действительно нравился. И бой он проиграл исключительно потому, что на самом деле так же не желал ему, Франкенштейну, смерти, не смотря ни на что.
"Он нашшш! Его крровь нашшшаа! С-сиила! Мы станем с-сильнее всех!
- Ос..тавь его...! - Франкенштейн поднял руку, все еще опутанную языками черного огня и прижал к ране на груди, - На! Жри! Хочешь ведь?
Копье хотело, о да! Разрываясь между разными желаниями, оно пришло в смятение. Черные языки принялись слизывать кровь, ворвались в открытую рану и сжали сердце. Франкенштейн закричал. Боль была чудовищной. И с этой болью, та часть его души, которую успело поглотить его оружие обрела такую неистовую ярость, что свет в глазах померк, а в ушах звучали только сладострастные стоны Копья. Франкенштейн сжал эту ярость в кулак и, стиснув зубы, прошипел: - Назад! Я приказываю тебе!
"Ты - мой, Франкенш-штейн!"
- Нет. Я - хозяин. Я приказываю - назад!
Раздался оглушительный визг, и чернота медленно поползла, сжимаясь в кулаке Франкенштейна в комок, окруженный фиолетово-розовым сиянием, а вскоре и исчезла совсем.
Рейгар Кертье лежал без движения. Раны на нем уже начали затягиваться, но жизненных сил он потерял очень много, и это было плохо. Франкенштейн же, для человека, которому только что едва не вырезали сердце, чувствовал себя просто отлично. Видимо, часть этой жизненной силы он получил в свое распоряжение.
- Хм...
Следовало убираться отсюда как можно скорее, пока не появились вездесущие рыцари Ордена.
Франкенштейн поднял на руки лежащего без сознание Рейгара Кертье и скрылся в лесной чаще.

...Он медленно шел по раскаленной пустыне, едва переставляя ноги. Его окружала полная, непроглядная темнота, он был уверен, что не увидел бы даже пальцы собственной руки, если бы сумел ее поднять.Но он знал, все равно знал, что это пустыня, черная и бесконечная, что вокруг нет ничего, вообще ничего, и скорее всего и не было никогда. Губы потрескались, жажда была настолько сильной, что хотелось прокусить себе язык, чтобы сделать глоток хотя бы собственной крови. Внезапно перед глазами вспыхнули фиолетово-розовые огни, ноги перестали слушаться совсем, он покачнулся и упал лицом вниз в какую-то вязкую мглу, с резким приторным запахом. Одновременно губы его коснулись чего-то холодного и мокрого, и он успел сделать несколько судорожных глотков, прежде чем вообще задумался, что именно он пьет...
Рейгар Кертье закашлялся, дернулся, расплескивая странную жидкость, и открыл глаза.
- Вот так уже намного лучше... - Франкенштейн убрал чашку от его лица и с негромким стуком поставил ее на стол возле кровати.
- Что... это?
- Вода. Обычная вода, с некоторыми добавками, которые помогут тебе быстрее восстановить силы.
Рейгар сглотнул и попытался осмотреться. Помещение, в котором он находился, окутывал мягкий полумрак, свет исходил от чего-то, расположенного за пределами его поля зрения. И даже его было достаточно, чтобы глаза начали ощутимо болеть.
- Выключить лампу совсем? - Франкенштейн подошел совсем близко и наклонился над кроватью.
- Где я? - вместо ответа спросил Рейгар.
Франкенштейн усмехнулся.
- Ты же искал мою лабораторию, разве нет? Считай, что твои поиски увенчались успехом, ты находишься именно в ней.
Рейгар попытался пошевелиться. Тело слушалось его, но он ощутил такую сильную слабость, что с трудом смог оторвать голову от подушки. Собрав все силы, он попытался сесть, но в глазах опять замелькали огни, и он вынужден был вернуться в прежнее абсолютно беспомощное положение. Если в мире и существовало "самое худшее", то с ним произошло именно это. Он, Рейгар Кертье, обессиленный и беспомощный - в руках врага. Нет, гораздо хуже. Он в полной власти одержимого безумца.
- Ты потерял очень много крови, Рейгар Кертье, - Франкенштейн отвернулся и снова взял в руки чашку, - Я тоже, если тебя это хоть немного успокоит. Но... - он снова повернулся, - это как раз восстановится легко. А вот твоя жизненная сила... Ее довольно много успело поглотить Темное Копье, прежде чем я сумел его остановить. С этим будет справиться намного сложнее. Тебе лучше выпить все, - он протянул Рейгару чашку.
Тот отстранился. Мало что было способно оказать существенное воздействие на его организм, но Рейгар не сомневался, что если такие вещества есть, то Франкенштейну об этом известно лучше, чем кому бы то ни было.
Франкенштейн рассмеялся.
- Ты уже выпил достаточно. Кроме того, хуже уже не будет, можешь мне верить.
- Верить? Тебе?
- А у тебя есть выбор?
Рейгар прикрыл глаза. Да, выбора у него действительно не было. Так или иначе, а Франкенштейн честно выиграл этот бой.
Рейгар Кертье всегда удивлялся тому, чем же этот человек сумел так очаровать Кадиса Этраму Д. Райзела. Но воля Ноблесс всегда была загадочной и непостижимой. А вот то, почему таким безграничным уважением проникся к нему Лорд - оставалось неразрешимой загадкой. Да, этот человек действительно достиг невероятного уровня силы, сам, без чьей-либо помощи, но какой ценой! Сам Рейгар скорее дал бы разрезать себя на куски и раскидать во все стороны, чем согласился на что-то подобное. Иногда он ловил себя на мысли, что совершенно непонятно, почему от Франкенштейна не шарахаются животные. Как он сумел заслужить уважение и интерес Лорда?
Теперь Рейгар это понял. Лорду импонировала именно необыкновенная дерзость этого человека. Готового ради достижения своей цели пойти на любой риск. Во время боя с ним Франкенштейн поставил на карту свою жизнь, действительно блестяще провел чудовищно рискованный маневр - и выиграл. Не уважать такого противника было бы просто глупо. И да, так и есть. Рейгар Кертье потерпел поражение, и теперь Франкенштейн был полностью в своем праве.
- Что ты собираешься со мной делать? - спросил Рейгар, уже просто из интереса.
Губы Франкенштейна тронула легкая улыбка.
- Ты находишься в моей лаборатории, ты ослаблен и не можешь сам даже встать. По-моему, ответ очевиден.
- Понятно, - Рейгар прикрыл глаза, - но я бы порекомендовал тебе все-таки надеть на меня кандалы, я слаб, да, но не думай, что я позволю делать с собой все, что угодно.
- Ты будешь делать все, что я скажу... - улыбка Франкенштейна стала настолько широкой, что превратилась в гримасу. И внезапно исчезла совсем.
- Ты правда решил, что я на тебе опыты буду ставить? - неожиданно резко сказал он, - хорошего же ты обо мне мнения.
- Ты его заслужил.
- Пусть так. Но сейчас ты выпьешь то, что я тебе дам, и будешь спать. Я обработал твои раны, некоторые из них были довольно серьезными. Но, думаю, они не будут тебя беспокоить. Я довольно неплохо изучил вашу физиологию, в сон ты сейчас не впадешь. По крайней мере, до тех пор, пока я не поставлю тебя на ноги, и ты не сможешь добраться до своей усыпальницы.
Рейгар ничего не ответил. С трудом вытащив руку из-под одеяла, он молча протянул ее к чашке. Взял, стараясь не расплескать, и осушил ее в несколько глотков. Жажда наконец отступила, но, либо на это действие он израсходовал последние силы, либо Франкенштейн и правда что-то такое туда подмешал, как только чашка вернулась на место, глаза Рейгара сами собой закрылись, и он опять провалился во тьму.
Когда он проснулся, Франкенштейна в комнате не было. Рейгар попытался сесть, и на этот раз ему это удалось, хотя очень кружилась голова, и больше всего на свете хотелось опустить ее обратно на подушку.
- Я вижу, тебе действительно лучше, - Франкенштейн возник на пороге с подносом в руках. Поставив поднос на стол, он подошел к кровати и кончиками пальцев коснулся шеи Рейгара.
- Да, определенно лучше, - вынес вердикт он.
Рейгар все-таки не выдержал и откинулся на подушку. Честно говоря, он едва не дернулся, когда Франкенштейн к нему прикоснулся, ожидая что ощущения будут не самыми приятными. Но не почувствовал ничего, кроме того, что пальцы - теплые. Обычные человеческие пальцы.
Франкенштейн тем временем взял с подноса другую чашку, гораздо вместительнее, чем та, из которой Рейгар пил в прошлый раз, и протянул ему. Запах, исходящий оттуда, сводил с ума. Рейгар ощутил нестерпимый голод, и понял, что именно он и заставил его проснуться.
- Что это?
- Это еда, - усмехнулся Франкенштейн.
- Это... Это ведь было живым, так?
- Разумеется. Бульон из травы вряд ли сейчас поможет тебе восстановить силы. Если это важно, то могу добавить только, что это при жизни летало, правда, не очень хорошо.
- Да... Наверное... - Рейгар снова сел, взял из рук Франкенштейна чашку и снова вдохнул запах. Было не очень приятно, что его настолько возбуждает запах вареной плоти, но Франкенштейн был прав. Рэйгару и до этого не раз приходилось восстанавливать свои силы подобным образом.
Франкенштейн с явным интересом наблюдал как Рейгар пьет бульон. Подождав, когда тот закончит, он забрал чашку и заменил ее на другую.
- Это всего лишь молоко, не волнуйся.
- Я... - начал было говорить Рейгар, но не закончил. Едва не вырвав из рук Франкенштейна чашку, он почти мгновенно расправился с содержимым. Франкенштейн только усмехнулся.
- Я отнесу посуду.
Подхватив поднос, он вышел из комнаты.
Рейгар откинулся назад и прикрыл глаза. Несмотря на общую слабость, чувствовал он себя довольно хорошо. Даже спать не особенно хотелось, хотелось просто лежать и ни о чем не думать. Но этого как раз он себе позволить не мог. Ситуацию, в которую он попал, никак нельзя было назвать заурядной.
Он отлично знал, насколько Франкенштейн хитер. И что никогда и ничего не делает просто так. Возможно, он сильно ошибался в этом человеке, но поверить в его исключительно благородные побуждения он не мог. Но, с другой стороны, он мог сколько угодно не доверять человеку, но ставить под сомнение выбор Ноблесс? Возможно, он, Рейгар, действительно что-то упустил из виду. И это также было непозволительно.
Его размышления прервал негромкий стук двери - вернулся Франкенштейн.
И остановился посреди комнаты, явно поглощенный своими мыслями.
- Вот что... - наконец сказал он, - как я уже говорил, ты находишься в мой лаборатории. Я здесь работаю, иногда сплю. Поэтому тут есть кровать. И она здесь одна, - он снова сделал паузу, - ранения, которые ты мне нанес, также были весьма серьезными, и восстанавливаться после них мне тоже нелегко. Я уже почти двое суток на ногах. Если я не посплю хотя бы пару часов...
- Довольно. Я прекрасно тебя понял. Вряд ли я смогу сам уйти сейчас. Мне приходилось спать на земле, не беспокойся.
- Я не беспокоюсь. Я просто собираюсь лечь спать. Кровать достаточно широкая, так что я заранее приношу извинения, на случай, если пребывание в одной постели с человеком оскорбляет достоинство главы клана Кертье.
Рейгар подумал немного и решил промолчать. Молчание пока было единственным, на что Франкенштейн не отпускал ехидные комментарии. Он просто собрался с силами и передвинулся настолько близко к краю, насколько вообще было возможно.
- Отлично, - усмехнулся Франкенштейн, - я необыкновенно рад такому взаимопониманию.
Рейгар опять промолчал. Несмотря на то, что это, похоже, не работало.
Франкенштейн погасил лампу, разделся и лег на кровать, повернувшись к Рейгару спиной. И мгновенно заснул.
"Что это? Провокация? Демонстрация доверия? Этот человек не слишком хорошо меня знает, но - достаточно, чтобы прекрасно понимать, что Кертье никогда не перережет горло спящему. Даже если, в конечном итоге, это может стоить мне жизни". Рейгар закрыл глаза. Вполне возможно, Франкенштейн не обманывал его, и дело вправду исключительно в чудовищной усталости. На самом деле удивительно, как человек сумел столько продержаться. Человек...
Когда Франкенштейн к нему прикоснулся, Рейгар подумал, что тот скрывает свою силу. Но сейчас, прислушавшись к своим ощущениям, он не знал, что и думать. Человек был близко, слишком близко, но ожидаемого отторжения и отвращения, которые всегда чувствовал Рейгар, находясь с ним рядом, на этот раз он не испытал. Франкенштейн свою силу сейчас не скрывал. Рейгар чувствовал ее, она накрывала полностью их обоих, но это была не та привычная ярость существа, обезумевшего от вседозволенности, не отчаяние, накатывающее черными волнами, нет, ощущение было совсем другим. Надежность, безопасность, доверие. Безграничное доверие, чувство тепла и комфорта. Рядом с этим человеком, наверное, очень хорошо быть ребенком, которому необходимо чувство абсолютной защищенности. Нет, это было просто невозможно.
Рейгар открыл глаза, словно для того, чтобы убедиться, а тот ли самый человек лежит с ним рядом. Даже если у него и были сомнения, их могла легко развеять спина Франкенштейна, украшенная крестообразной отметиной. След от Картаса. Раны уже зарубцевались, но все равно было видно, насколько они глубоки.
"Я мог бы его убить. Мог бы". Рейгар снова закрыл глаза. Может ли быть такое, что именно сейчас Франкенштейн - настоящий? Или это очередной его фокус? Или...
В любом случае, необходимо было восстановить свои силы. Явной угрозы Франкенштейн не излучал, и Рэйгар попытался заснуть. Он был уверен, что стоит ему выкинуть из головы все мысли, и сон мгновенно охватит его, но он ошибся. Возможно, он все-таки был слишком напряжен? В полной тишине стук сердца Франкенштейна оглушал. Оно билось слишком громко и слишком быстро для спящего. Он притворялся? Но зачем? Или это было нормально для человека? И нужно отключиться и не обращать внимания? Но это уже казалось невозможным. Этот звук словно отражался от стен комнаты, отдавался ритмом собственного сердца. Рейгару казалось, что он слышит даже шум перегоняемой по венам крови.
Он снова открыл глаза. Франкенштейн все так же лежал, повернувшись к нему спиной, и совершенно определенно спал. Рейгар попытался успокоиться, но неожиданно понял, что не может оторвать взгляд от рубцов на спине. Внезапно его охватило желание провести по ним пальцами, прорезая тонкую кожу, так, чтобы кровь опять хлынула потоком. Рейгар сглотнул и крепко зажмурился, чтобы прогнать наваждение.
Словно почувствовав его взгляд, Франкенштейн зашевелился и перевернулся на спину. Дыхание его осталось прежним - спокойным и ровным. Он все так же спал.
Рейгар отвернулся. Если бы у него было достаточно сил, он бы встал и постарался добраться хотя бы до противоположного края комнаты. Лучше уж лежать на голых каменных плитах... С ним определенно происходило что-то странное. Воображение упорно продолжало рисовать потоки крови, стекающие на белые простыни, он даже запах ее чувствовал, живой, горячей крови. Но сил не было.
...Зато их было полно у человека, лежащего рядом. От него прямо жар исходил, столько в нем было этой силы, она струилась по его венам с оглушительным грохотом, и там, да, там где-то была частица силы самого Рейгара. Он чувствовал это так же ясно, как этот навязчивый запах...
Кружилась голова. Он попытался подняться, сел, сбрасывая с себя одеяло, несмотря на то, что внезапно стало очень холодно. И понял, что его взгляд просто прикован к маленькой пульсирующей венке на горле спящего человека. Рейгар провел языком по пересохшим губам, во рту появился металлический привкус. Он словно слился сознанием со спящим, да, действительно спящим, он не успеет проснуться, а потом уже не сможет вырваться, не станет сопротивляться, послушно и с наслаждением отдавая свою силу тому, кому она сейчас по-настоящему нужна. Он наклонился, и губы соприкоснулись с горячей кожей...
Рэйгар отшатнулся. Холодный липкий ужас от того, что он только что хотел сделать, накрыл его с головой. Его затрясло, как в припадке, из горла вырвался сдавленный всхлип. Он знал, что иногда так бывает. Но даже в самом жутком кошмаре не представлял, что такое может произойти с ним.
Франкенштейна словно выдернула из сна невидимая рука. Волна чужого вожделения обожгла его сознание даже раньше, чем его горла коснулись холодные губы. И это был даже не голод, это было именно то ощущение, когда тебя хотят поглотить, он лучше чем кто бы то ни было знал, на что это похоже. Возможно, просто сработал рефлекс. И почти сразу же он понял, что именно произошло. Глаза Рейгара Кертье светились в кромешной темноте как два уголька, но ни опасности, ни разбудившей его жажды Франкенштейн больше не ощущал. То, что отражалось в этих глазах, было больше похоже на откровенную панику. И ощущение вины.
Он изучал Благородных, хотели они этого или нет. Их культуру, историю, законы и традиции. Множество книг было прочитано им, у Мастера была отличная библиотека. И Франкенштейн отлично знал о подобных вещах. Вампирам небходима была чужая кровь для того, чтобы поддерживать свои силы. Свою жизнь. Собственного ресурса им не хватало, точнее, его у них и не было. Но иногда такое случалось и с Благородными. Почти лишенные собственной жизненной силы, они тоже могли начать испытывать жажду чужой крови. В книгах были описаны десятки историй, когда родные и друзья отдавали свою кровь умирающему, спасая ему жизнь ценой своей. Встречались и такие, кто возвращал свою силу за счет чужой сознательно, и это считалось величайшим позором. Нередко те, кто не сумел справится с собой, потом, когда понимали, что именно они сделали, уходили в Вечный сон добровольно.
Но Франкенштейну и в голову не пришло, что подобная вещь может произойти с главой клана. Обычно, потратив много сил или будучи серьезно ранеными, Благородные столь высокого ранга просто впадали в длительный сон.
"Это... из-за действия Темного Копья?" Такое вполне могло быть. Но... Об этом имело смысл думать потом. Сейчас необходимо было решить другую задачу.
Нельзя, чтобы Кертье хотя бы допустил мысль, что Франкенштейн все понял. Такого позора глава клана может не пережить в прямом смысле этого слова. Счет шел не просто на секунды, уже сейчас было поздно делать вид, что ничего не заметил, поэтому Франкенштейн резко развернулся, прижал локтем Рейгара Кертье к кровати и впился ему в губы самым страстным поцелуем, на который только был способен. Алые угольки глаз несколько померкли, возможно, от расширившихся зрачков. Благородный попытался было отшатнуться, но Франкенштейн навалился на него всем своим весом и громко зашептал ему прямо в ухо:
- Если я тебя неправильно понял - лучше сказать об этом прямо сейчас. Я довольно долгий срок наслаждаюсь вашим обществом, и, как ты, наверное, уже мог заметить, очередь из ваших местных красоток ко мне не выстраивается.
Рейгар закрыл глаза. "Он... Он подумал, что я..." Захотелось рассмеяться, одновременно от облегчения и от полного безумия возникшей ситуации. Но смех застрял в его горле. Франкенштейн сейчас буквально фонтанировал силой. Той самой, которую Рейгар посчитал его собственной. Она словно прожигала его, он чувствовал себя придавленным не только телом, сила Франкенштейна окутала его таким плотным коконом, что и правда хотелось довериться ему целиком и полностью, и не думать о том, что это может быть ловушкой. Вообще ни о чем не думать.
Он, Рейгар Кертье уже испытывал подобные ощущения. Несравнимо более сильные, но тем не менее, действительно похожие. В те редкие моменты, когда он оставался наедине с Лордом. Было кощунством проводить такие параллели, сравнивать несравнимое, но и отрицать очевидное было глупо. Франкенштейн, как это ни странно, был вторым, кто сумел вызвать у Рейгара Кертье настолько сильные эмоции. И не важно, что по сути они были диаметрально противоположными.
Позже, наверное, у него и правда получится себя убедить, что именно этим чувствам он изначально и поддался. Рейгар вытянул руку и, все-таки не сдержавшись, провел пальцами по спине Франкенштейна, словно впитывая все выпуклости шрамов.
Франкенштейн вздрогнул и замер. И не только от неожиданности. На самом деле он не особенно задумывался, как отреагирует Кертье, но то, что тот поддержит его игру, стало некоторым сюрпризом.
Франкенштейн ни одним словом не соврал, говоря о времени, проведенном в Лукедонии. Его организм, здоровый и отлично функционирующий, имел вполне определенные потребности. Однако справляться с ними, направляя неизрасходованную энергию в другое русло, Франкенштейн умел уже давно, и это не вызывало у него особенного дискомфорта. В конце концов, бои с действительно сильными противниками давали не меньшую, а иногда и в разы большую разрядку, чем самая страстная ночь любви...
Желание просто взорвалось в нем. Не накатило, не нахлынуло, а именно взорвалось, заставляя почувствовать едва ли не каждую клеточку лежащего под ним тела. Просто прикасаться к нему было величайшим удовольствием. Франкенштейн, уже прекрасно понимая, что угодил в собственную ловушку, глубоко вздохнул и провел языком по идеально гладкой коже. Уже не имело значения, кто рядом с ним и почему.
Идеальность каждого изгиба тела Благородного поражала. Ладони заскользили по шее, груди, бедрам, Франкенштейн, тяжело дыша, перевернулся на бок, чтобы освободить себе как можно больше пространства. Прикасаться, трогать, ласкать хотелось одновременно везде, пальцами, языком, и смотреть, не отрываясь смотреть в эти сияющие рубиновым огнем глаза. Его собственного тела осторожно касались тонкие прохладные пальцы, по спине текло что-то горячее, и от этого возбуждение достигало такой невероятной силы, что хотелось снять с себя кожу, казалось, она просто мешает насладиться сполна каждым прикосновением.
Франкенштейн знал, как доставить удовольствие Благородному, но в первый раз применял эти знания на практике. Сосредоточенность на этом хотя бы немного помогала удерживать под контролем собственное тело. Но, похоже, он просто обманывал себя. Почти невозможно было сейчас управлять своими чувствами и желаниями. Франкенштейн попытался хотя бы отвести взгляд, но у него ничего не вышло. Однако, словно повинуясь его желанию, алые огоньки погасли. Рейгар Кертье закрыл глаза.
- Что, так проще себе представить, что это не я? - Франкенштейн усмехнулся с изрядным облегчением.
- Нет, - раздался в темноте тихий шепот, - именно о тебе я сейчас и думаю.
И снова взгляд, глаза в глаза, такой нестерпимо яркий, что Франкенштейну показалось, что кроваво-красным светом залило всю комнату и можно разглядеть самую мельчайшую деталь, даже ворс на ковре. Тело внезапно стало чужим и тяжелым. Франкенштейн попытался пошевелиться, и понял, что с таким же успехом его мозг может отдавать сигналы каменной плитке пола.
"А я предупреждал, что ты можешь кое о чем забыть, человек..."
Голос раздался прямо у него в голове. Франкенштейн едва не задохнулся. "Проклятье! Контроль разума!" Ответом ему был негромкий смех. Поспешно выставив в сознании щиты, Франкенштейн попытался вырваться из стальных тисков чужого контроля, но было уже слишком поздно. Он почувствовал только, как его тело развернули на спину, и резкую пульсирующую боль в груди.
Рейгар Кертье прижал ладонь к груди Франкенштейна, продолжая смотреть ему в глаза и наслаждаясь каждой секундой. Он не знал, сколько времени сможет удерживать этого человека, но то, что удалось хотя бы стереть с его лица вечную самоуверенную усмешку, доставляло ни с чем не сравнимое удовольствие.

Когда Рейгар проснулся, Франкенштейна в комнате снова не было. Он сел на кровати, повертел головой и понял, что может даже попробовать встать. Слабость еще сковывала его тело, но оно уже повиновалось ему так же, как и раньше. Силы вернулись к нему, пусть не полном объеме, но от прежней беспомощности не осталось и следа. Рейгар встал, оделся и сделал несколько неуверенных шагов. Пол не плыл под ногами, голова не кружилась. Превосходно. Взгляд упал на постель. Кровь, пропитавшая простыни, высохла и стала бурой. Смотреть на нее было неприятно, и Рейгар провел рукой по воздуху. Взметнулось легкое облако бурой пыли, и постельное белье приобрело прежний идеально белый цвет. "Сколько же времени я проспал?"
- Ты спал почти сутки на этот раз.
Франкенштейн зашел в комнату с тем же самым подносом. Вряд ли он прочитал мысли Рейгара, скорее просто угадал не заданный вопрос. На подносе на этот раз были фрукты и овощи. Кертье усмехнулся про себя.
- Но я бы порекомендовал тебе провести во сне еще пару недель, когда вернешься в свой замок.
Рейгар отвесил легкий поклон и присел за стол, на который Франкенштейн поставил поднос. И принялся за еду, не дожидаясь приглашения. Голод сильно давал о себе знать. К его огромному удовольствию, на протяжении всей трапезы Франкенштейн не произнес ни слова. Только когда на тарелках не осталось ничего, на лице хозяина дома появилась легкая довольная улыбка.
- Не вижу причин больше задерживать тебя здесь, - Франкенштейн встал и направился к двери.
- В чем дело? - прищурился Кертье, также вставая, - тебе не понравилась прошлая ночь?
- О, вовсе нет, как ты мог подумать! - Франкенштейн остановился и повернулся, и усмешка снова тронула его губы, - мне очень понравилось! А ту часть ночи, когда твои силы наконец иссякли, я бы с удовольствием повторил!
- Я не сомневался, что в твои понятия об удовольствие входит надругательство над бесчувственным и лишенным сознания телом.
- Конечно, я просто не смог устоять перед таким искушением. Кстати, очень рекомендую выставить охрану вокруг твоей усыпальницы, - Франкенштейн открыл дверь и вышел в длинный хорошо освещенный коридор.
- Непременно, спасибо за совет. Я попрошу об этой услуге главу клана Ландегре.
Франкенштейн ничего не ответил. Он быстро прошел вперед по коридору, и плита в стене внезапно отъехала в сторону. Коридор осветило ослепительно яркое солнце.
Рейгар вышел наружу. Вокруг шумел глухой лес. За спиной что-то щелкнуло, он оглянулся. На невысокой скале не было даже следа того, что в ней имеется какой-то вход. Если бы Кертье об этом не знал, то скорее всего даже не заметил бы ничего подозрительного. Франкенштейн стоял в двух шагах от него, скрестив руки на груди, он все так же улыбался.
- Франкенштейн. У меня есть к тебе просьба.
- Все что угодно, ради тебя я...
- Франкенштейн... - Рейгар покачал головой, - те люди... которых ты убил. Их тела надо вернуть родным, чтобы их похоронили с честью. Если от них хоть что-то осталось.
Улыбка Франкенштейна стала еще шире.
- Тела? Ах да... Боюсь, что за ними придется изрядно побегать, чтобы похоронить. Я их выпустил несколько часов назад. Но я думаю, что для главы клана Кертье это не будет непосильной задачей.
- Но ты... Ты сказал, что убил их!
- Нет, Рейгар Кертье, это ты сказал.
- Но зачем?.. Ты?.. Ты не убивал моих людей, ты не стал убивать меня... Почему?
- А почему ты не стал убивать меня? Ты ведь мог это сделать почти сразу.
- Я не хочу убивать тебя, Франкенштейн, - тихо проговорил Кертье, - Я не верю тебе. Я... почти боюсь тебя. Но я верю Ноблесс. И Лорду. И пока у меня не будет неопровержимых доказательств, что ты пятнаешь их доверие своей ложью - я не убью тебя. Как бы ты меня ни провоцировал.
- Посмотрим, - Франкенштейн хмыкнул.
Рейгар Кертье наклонил голову в знак согласия.
- Я ответил на твой вопрос. А ты на мой - нет.
- Ты мне нравишься.
- Что?.. Но... Франкенштейн! - внезапная догадка заставила глаза Рейгара округлиться, - Ты... Ты ведь не со мной сражался, ведь так?
Франкентейн опустил глаза. Потом резко вскинул голову и посмотрел в лицо главы Кертье.
- Ты тоже эту ночь провел не совсем со мной, ведь так?
Глаза Рейгара Кертье полыхнули.
- Я думаю, ты понимаешь, что на этом наш разговор не закончен, человек.
- О, разумеется! Буду с нетерпением ждать продолжения!
Но Рейгар его не слушал. Он развернулся и исчез, только сухие листья слегка шевельнулись в том месте, где он только что стоял.

Лабораторию, разумеется, придется переносить. Жаль, конечно, это было отличное место. Но этим Франкенштейн собирался заняться потом. У него было еще минимум две недели. А сейчас... Сейчас его ждал Мастер. Которого он не видел почти четверо суток. При этой мысли сердце болезненно сжалось, и Франкенштейн помчался к замку Ноблесс изо всех сил. Вот уже показались знакомые шпили и...
- Франкенштейн!
На дороге, ведущей к замку, стоял Геджутель Ландегре.
Вот это было не очень кстати. Франкенштейн остановился и отвесил глубокий поклон.
- Я безмерно счастлив приветствовать...
- Франкенштейн! Брось свои шутки и отвечай мне. Где Рейгар Кертье?
- Кто?..
- Глава клана Кертье, Франкенштейн. Ты отлично его знаешь. Больше недели назад пропали несколько человек из его клана. Четыре дня назад - он сам.
- Надо же... Кертье пропадают... Возможно, это эпидемия?..
- Замолчи, человек! Я видел следы вашей битвы! Нет смысла отпираться! Где он?
- В своей усыпальнице. Там ему самое место.
- Что?!
- Усыпальница, это такое место, где покоятся Благородные, после того, как...
- Замолчи! Что ты с ним сделал? Отвечай!
- Я не умею отвечать молча, Геджутель, я человек, как ты успел заметить. И Рейгар Кертье с нетерпением ждет, когда ты к нему присоединишься.
- Ты перешел все границы, человек. И ответишь за это.
- Обязательно. Но в другой раз, - Франкенштейн внезапно шарахнулся в сторону и скрылся в зарослях окружающего замок сада. До дверей оставалось совсем немного. Там он будет в безопасности, Ландегре не станет тревожить Мастера еще раз. Оставалось только одно, самое сложное. Ответить на те вопросы, которые ему задаст Мастер.

@темы: character: Frankenstein | Director Lee, fan: fiction

Комментарии
2012-11-30 в 15:45 

Скептичная Кошка
Если человек говорит, что я - мудак, я теряю интерес к беседе (с)
- Усыпальница, это такое место, где покоятся Благородные, после того, как...
- Замолчи! Что ты с ним сделал? Отвечай!
- Я не умею отвечать молча, Геджутель, я человек, как ты успел заметить. И Рейгар Кертье с нетерпением ждет, когда ты к нему присоединишься.

:-D Кажется, я знаю, зачем Франкенштейн обрел такую силу. С его манерой отвечать на вопросы, это единственный способ остаться в живых)
Спасибо, автор, очень здорово)

2012-11-30 в 16:49 

Нат Фламмер
маленькая слабость Великой Силы
Скептичная Кошка, А что еще Франкенштейну делать, когда эти Благородные ходят вокруг такие все серьезные и мегапафосные?) С таким характером и языком - либо быстро бегать либо хорошо драться)

2012-11-30 в 17:11 

Скептичная Кошка
Если человек говорит, что я - мудак, я теряю интерес к беседе (с)
Нат Фламмер, ловить с них лулзы, конечно) Честно, они как будто для этого и созданы. Думаю, после ухода Франкенштейна он еще долго снился каджу в кошмарах. Хотя, после Лорда они уже тренированные)

2012-11-30 в 17:39 

Нат Фламмер
маленькая слабость Великой Силы
Скептичная Кошка, Нет, я как раз думаю, что после его ухода всем стало настолько тоскливо, что они помучились три сотни лет и ушли в Вечный Сон вместе с Лордом)

2012-11-30 в 17:43 

Скептичная Кошка
Если человек говорит, что я - мудак, я теряю интерес к беседе (с)
Нат Фламмер, бедный Лорд, как представлю: Рейзела нет, Франкенштейна, с которым можно было позубоскалить, тоже. Они просто не оставили ему выбора)

2012-12-01 в 15:53 

БК-тем
Весь мир - Теория Абсурда... на практике
Потрясающая вещь. Спасибо за нее!
Я тоже начинаю думать, что Лорд ушел в сон именно со скуки))

2012-12-02 в 02:53 

Нат Фламмер
маленькая слабость Великой Силы
Скептичная Кошка, Зато есть оочень занудный Геджутель)
БК-тем, Все познается в сравнении)

2012-12-02 в 04:03 

Скептичная Кошка
Если человек говорит, что я - мудак, я теряю интерес к беседе (с)
Нат Фламмер, да его сколько не тролль, реакция всегда одинакова. за столько времени и надоест уже.

   

Cardis Etram D. Raizel

главная